В: «День. Главное» по-прежнему на РБК. Самое главное, самое важное к этой минуте. Павел Демидович.
В1: И Кирилл Токарев.
В: Присоединяйтесь также к нашей дискуссии, уверен, знаете, как это делается. Чуть позже еще раз об этом напомним. С нами по-прежнему Артем Куреев, наш постоянный гость, соведущий, эксперт, главный редактор инвестиционного агентства «Африканская инициатива». Артем, ну что, я не знаю, ты за ставкой следишь, не следишь в прошлую пятницу, мы еще раз напомним тем, хотя мне кажется, все наши зрители так или иначе об этом знают. Центральный банк, совет директоров Центрального банка повысил ключевую ставку на 100 базисных пунктов, итого 19 годовых, тоже, в общем-то, примерно ожидаемое решение. Там значительная часть экспертов, правда, говорили о том, что она останется неизменной, 18%, ну вот, плюс 100 базисных пунктов. Но основное, разумеется, сохранение проинфляционных факторов, и вообще, в общем-то, основной - посыл борьба с инфляцией. Как ты видишь ситуацию инфляционную, насколько она для тебя значима, заметна и так далее, ну, я не знаю, тоже, как у экспертов, все-таки, скорее, политического толка, но все-таки, те шаги, которые ЦБ предпринимает в борьбе с инфляцией, насколько они достаточны и адекватны?
АРТЁМ КУРЕЕВ, ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР ИА «АФРИКАНСКАЯ ИНИЦИАТИВА»: Ну, вот я не экономист, но, скажем так, как политический эксперт, я скажу, что всегда было два мнения, ставку надо понижать до предела, и ставку надо повышать и максимально контролировать. В Турции повышение ставки, невзирая на что мы видим, не срабатывает, там огромная колоссальная инфляция, у нас пока повышение ставки работает, инфляция на сроке контролируемая, хотя она есть. С другой стороны подъем ставки привел к резкому, насколько я понимаю, отказу от ипотеки, отказу от больших потребительских кредитов, что в ближайшей перспективе, видимо, не очень хорошо отразится на банковском секторе, потому что, ну, не всей любви и закредитованности нашего общества брать симпатичный кредит по 22-24%, все-таки народ начинает трезветь и учиться считать, правильно? А к чему приведет ставка, повышенная в долгосрочной перспективе - тут очень много вопросов, это вопросы к экономистам, но я, скажем так, как эксперт, как главный редактор издания, хочу отметить, что всегда по вопросам снижения ставки, повышения ставки всегда было два мнения. И всегда есть споры по этому поводу. Но это, наверное, вопрос к экономистам, которые объяснят лучше.
В: Ну да, обязательно сейчас и спросим экономистов, но мы видим тоже историю инфляционную в августе, она достаточно ожидаемая, правда, есть некоторое снижение по продуктам питания, но незначительные.
АРТЁМ КУРЕЕВ, ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР ИА «АФРИКАНСКАЯ ИНИЦИАТИВА»: Ну это сезонность.
В: Это сезонность, да, совершенно верно. К нам присоединяется Валерий Вайсберг, директор аналитического департамента компании «Регион». Валерий, приветствуем, рады видеть. Ну вот с пятницы уже пару дней прошло, все вроде как выдохнули...
В1: Ставка 19% уже подействовала. Ну как нет, традиционно мы скажем, что с лагом в пару месяцев и вот это все, и так далее. Я просто максимально широко сформулирую, как ты видишь ситуацию с инфляцией сейчас, почему все-таки заметных успехов в битве с ней Центральному банку достичь пока не удается?
ВАЛЕРИЙ ВАЙСБЕРГ, ДИРЕКТОР АНАЛИТИЧЕСКОГО ДЕПАРТАМЕНТА ИК «РЕГИОН»: Здравствуйте. Ну, если начинать с конца, то, конечно, основным фактором, который препятствует быстрому снижению инфляции, это сохранение очень жесткого рынка труда, снижающаяся безработица, рост заработных плат, причем мы видим, что в этом году заработные платы растут значительно быстрее, чем это ожидалось в начале года. И здесь не только фактор, связанный с премиями по итогам прошлого года, когда прибыли корпорации были очень высокими, но и в целом продолжается действительно гонка зарплат, это, конечно, затрудняет действительно борьбу с инфляцией. Хотя не могу не отметить, что опять же в пятницу опубликованные данные по ВВП показали, что все-таки дефлятор ВВП у нас снижается, то есть инфляция, которая в целом не только в потребительском секторе, но и в целом по экономике, она уже перестала быть двузначной, она опустилась в числа, которые скорее соответствуют прогнозу Минэкономразвития по всему году, и в целом, наверное, мы находимся все-таки на тренде постепенного замедления роста цен. И собственно, отвечая на вопрос журналистов в пятницу Эльвира Набиуллина сказала, что Центральный банк по-прежнему считает, что он все-таки находится в рамках базового прогноза, а базовый прогноз предполагает возвращение к цели в 2025 году, и в целом тренд на снижение инфляции.
В: Базовый имеется в виду 4?
ВАЛЕРИЙ ВАЙСБЕРГ, ДИРЕКТОР АНАЛИТИЧЕСКОГО ДЕПАРТАМЕНТА ИК «РЕГИОН»: Я имею в виду не цель 4, а базовый прогноз Центрального банка относительно динамики роста экономики и скорости возвращения инфляции к цели.
В: Просто да, просто пока перспективы в 2025 году возвращения к базовому показателю по инфляции, ну к таргету вернее, к таргету по инфляции, пока, к сожалению, не просматривается.
В1: Да, Валерий, вот ты сам веришь в возможность возвращения к 4% таргету, поскольку более общая идея, которая обсуждается не только в России, но в том числе и в развитых экономиках, говорит, дискутируется о том, что уровень инфляции, который мы видели на протяжении последних нескольких десятилетий, был связан с особенностями функционирования на тот момент глобальной экономики, которая очень сильно меняется. И там инфляция в 0%, или инфляция в 2%, которая была выбрана в качестве таргета во многом случайна, чуть ли не глава новозеландского ЦБ в свое время об этом оговорился, она не соответствует нынешним реалиям, и что приходится говорить о более высоком инфляционном фоне. И те цифры, к которым мы привыкли, они уже в прошлом.
ВАЛЕРИЙ ВАЙСБЕРГ, ДИРЕКТОР АНАЛИТИЧЕСКОГО ДЕПАРТАМЕНТА ИК «РЕГИОН»: Если говорить о глобальных трендах, то следует иметь в виду, что тот период очень низкой инфляции на самом деле сопровождался сильным отклонением инфляции от цели в крупнейших экономиках, это прежде всего Евросоюз и Япония, из крупнейших экономик только США и Китай имели положительные показатели инфляции, близкие к таргетам, а Япония и собственно Евросоюз отклонялись от инфляции вниз. Поэтому на самом деле то, что действительно говорят сейчас в целом о ситуации в глобальной экономике скорее говорит о том, что дезинфляционные риски они снизились, проинфляционные они возросли. Но это не мешает возвращению инфляции к цели, мы видим, что инфляция в США, в Европе снижается, мы видим низкую инфляцию в Китае, мы видим, что в принципе, да, инфляция в Японии сильно отклонилась сверх от таргета, но сейчас там тоже ужесточается ДКП, поэтому в целом общий тренд на снижение инфляции при нормализации бюджетной политики, которая наблюдается после COVID'а, все-таки он, наверное, сохраняется. Но все дело, что он будет небыстрым, ЕЦБ на прошлой неделе опубликовал обновленные прогнозы по инфляции и в принципе по-прежнему ожидает, что инфляция вернется к цели в 2026 году, но она все-таки вернется к цели, не быстро, но вернется. Если говорить про Россию, то, конечно, главным риском являются определенные проинфляционные стимулирующие меры, которые принимает правительство. Уже утверждены ставки новых взносов утильсбора и утильсбор будет расти и с 1 октября 2024, и с 1 января 2025 и далее. То есть эти факторы, конечно, будут вносить свой вклад, плюс все-таки стоит ожидать, наверное, дальнейшего довольно быстрого роста тарифов на железнодорожные перевозки и тарифов на газ оптовых цен. Поэтому эти меры, они, конечно, будут препятствовать быстрому возвращению инфляции к цели. Ну и плюс не могу не отметить все-таки пассаж новый в релизе Центрального Банка, который говорит о том, что в значительной степени снижение темпов роста экономики российской связано с определенным исчерпанием ресурсов. Но прежде всего, конечно, речь идет и о человеческих ресурсах, но и понятно, что они безграничные ресурсы, скажем, связанные с емкостью провозной в авиации и, собственно, с точки зрения инфраструктуры отельной, например, да, мы действительно заполнили то, что было свободным, успели ввести какие-то дополнительные емкости. Но для того, чтобы соответствовать спросу, предложение должно возрасти сильнее.
В: Я вот тут посмотрел, ты вспомнил про Турцию, да, тоже классические уже последние годы примеры, я вспомнил про Зимбабве, вот инфляцию конца 90-х годов, посмотрел, но у них в начале 24-го года тоже ничего хорошего не было, 230 процентов инфляции, ставка 150 до 200 поднята, ну, в общем...
АРТЁМ КУРЕЕВ, ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР ИА «АФРИКАНСКАЯ ИНИЦИАТИВА»: Ну, они уже один раз отменяли, кажется, национальные валюты.
В: Ну да, просто пример Африки, он тоже такой крайне интересный, как там с этим люди живут.
В1: Ну, там разные истории.
В: Конечно.
ВАЛЕРИЙ ВАЙСБЕРГ, ДИРЕКТОР АНАЛИТИЧЕСКОГО ДЕПАРТАМЕНТА ИК «РЕГИОН»: Ну, пресловутый Франк Кефа, который ведет эмиссию Банка Франции, отказаться от него в государственном Африке, хотя они, по сути, хранят деньги во Франции, вынуждены хранить часть золотовалютных и валютных резервов во Франции, но отказываться от него страшно, потому что несколько прецедентов, которые были, мгновенно началась инфляция. Поэтому сейчас страны, те же страны Сахеля просчитывают вариант создания общей валюты, чтобы избежать вот этих вот инфляционных рисков.
В: Ну да. Ну, давайте, предлагаю снова вернуться в Россию, у нас на связи Андрей Милехин, президент исследовательского холдинга «Ромир», доктор социологических наук. Андрей, приветствую вас. Тоже несколько вопросов. Первое, на ваш взгляд, все-таки сейчас россияне понимают ли, что есть, что представляет из себя инфляция, или просто фиксируют некоторую, ну, рост цен на все широким фронтом, и насколько это все-таки раздражающий, дестабилизирующий фактор сегодня?
АНДРЕЙ МИЛЁХИН, ПРЕЗИДЕНТ ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКОГО ХОЛДИНГА «РОМИР»: Ну, то, что мы сегодня видим, что каких-то серьезных волнений и беспокойств у основной массы наших сограждан его нет. Более того, мы видим, что индекс потребительской уверенности, он, в общем-то, к лету 24-го года достиг максимума за последние три года, если брать вот этот период. Выглядит это немножко абсурдно, потому что я слышу то, что вы говорите, и у нас есть достаточно большое количество индексов, а мы фиксируем это с точки зрения поведения, с точки зрения общества, с точки зрения потребления, а не как экономисты. Мы видим, что рост есть, есть рост цен, есть рост инфляции, нарастают проблемы с безработицей. И тем не менее, так как для меня все-таки социальное важнее экономического, и даже сами экономисты это признают, что, в общем-то, в экономике все равно все стоит на доверии. Вот это доверие сегодня сохранять удается, хотя, казалось бы, какой-то стабилизации экономической ситуации мы не видим. Ну вот, например, почему так происходит? На мой взгляд, у нас страна настолько большая и настолько разные. Вот вы сейчас показываете индекс бургера, который мы провели. Ну, есть много таких индексов, когда берется какой-то понятный продукт, и видно его стоимость, исходя из дохода в разных регионах России. И, конечно, когда у нас один товар по доступности в два раза различается, а если сюда добавить Москву, то будет в три раза, то это не только проблема экономическая, это проблема и социальная. С другой стороны, даже в этом индексе не все просто, потому что мы понимаем, что на юге очень много люди могут воспроизводить в силу климата, в силу наличия подсобного хозяйства. А если люди живут на севере, если они туда были заброшены еще в советских времен в рамках северного завоза для освоения этих пространств? Поэтому здесь надо не только видеть какие-то средние показатели по палате, но и углубляться, и смотреть, где данная проблема бьет острее. То же самое, мы говорим, что да, у нас идет борьба с бедностью. И нельзя не отметить, что за последние 20-30 лет количество реально бедных, как бы мы ни считали, оно сокращается. Да, медленно, да, все равно присутствует целая группа населения порядка 15, а кто-то говорит 20%, кто живет просто на грани выживания. И все разговоры про инфляцию, про ипотеки, про депозиты, про эмиссионные стратегии, перед этими людьми стыдно, потому что они просто выживают. Тем не менее, заметьте, никто не говорит о верхней страте, потому что тем не менее у нас же проблема в том, что расслоение растет. А вот как жить в верхней страте, как рационализировать потребление, это тоже важно. Я тут вспомню фразу Сенеки, беден не тот, у кого мало денег, а тот, кто хочет больше. И вот это еще одна тема, которой надо заниматься. Мы в самом деле не можем себе позволить в период, когда часть населения выживает, когда страна проходит большое испытание, что тем не менее в каких-то элитных группах поведение не меняется, не корректируется. Ну и последнее, что, на мой взгляд, приводит к разбалансировке, это то, что уже упоминалось, это безработица. Ну как так-то? Мы победили безработицу в Москве и в Питере, в смысле тут уже нет нужды работать. А при этом у нас есть регионы, где этой работы нет. И вот, на мой взгляд, пока ситуация управляема, надо как можно быстрее, понимая все то разнообразие социальное, географическое, мотивационное структуры нашего общества, вот эти дисбалансы выравнивать.
В: Ну да, да, верно, все-таки так прозвучало, в Москве нет необходимости работать, тоже есть необходимость, просто несколько другая ситуация на рынке труда, но опять же, изменения медленные, но мы фиксируем, все-таки мобильность населения внутри страны. Внезапно.
АНДРЕЙ МИЛЁХИН, ПРЕЗИДЕНТ ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКОГО ХОЛДИНГА «РОМИР»: Если безработица меньше 5 процентов, это вот вам из советской классики, это фактически убивает рынок труда. А нам сейчас докладывают, что у нас безработица уже меньше 1 процента.
В: Да, да...
АНДРЕЙ МИЛЁХИН, ПРЕЗИДЕНТ ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКОГО ХОЛДИНГА «РОМИР»: В ряде регионов.
В: Она в 0,5 катается, где-то в полпроцента, это действительно так, да.
В1: К нам готов присоединиться еще один удаленный гость, с нами на связи Сергей Юшин, руководитель национальной мясной ассоциации. Сергей, добрый день. Вот для вас, как для производителя, в принципе, вот те инфляционные тенденции и рост цен, которые мы наблюдаем, вы как к ним относитесь? В целом нейтрально или, может быть, даже позитивно? Потому что на фоне роста цен, одновременно нарастут и доходы населения. Росстат говорит, что во втором квартале доходы выросли на 9,6 процента год в году и, казалось бы, сопоставимо в общем с инфляцией, и рост доходов должен покрывать тот прирост инфляции, который мы видим. Сергей, микрофон, пожалуйста.
СЕРГЕЙ ЮШИН, РУКОВОДИТЕЛЬ НАЦИОНАЛЬНОЙ МЯСНОЙ АССОЦИАЦИИ: Добрый день. Ну, что касается нашей отрасли, все немножко сложнее на данном этапе. Во-первых, продолжающийся рост ключевой ставки влияет на то, что льготные инвестиционные и льготные оборотные кредиты становятся все менее экономически и физически доступными. Потому что банкам надо покрывать недополученную прибыль, когда они дают льготные кредиты и тех денег, которые уделяет государство в рамках господдержки, уже не хватает. И это уже удар по инвестициям и по тому росту производства дальнейшему, который нам необходим, чтобы покрывать растущий же спрос. И это большая опасность. Второе. Все средства, которые мы, так сказать, приобретаем для производства нашей же продукции, будь то автомобильная техника, оборудование, запчасти, ГСМ и так далее, все это тоже дорожает, причем часто темпами даже более высокими, чем официальный темп инфляции. При этом у нас растет действительно потребление мяса, очень хорошо растет, в этом году больше 3% прибавим. Но и сдержки растут существенно быстрее, чем показывает динамика цен даже на полках. А цены производителей, в частности мяса птицы, у нас упали на различные части с начала года на 18-20%. Сегодня курица стоит дешевле на 3,6%, чем в начале этого года, при том, что, как я сказал, сдержки минимум выросли на 13-15%. И, конечно, вот та динамика, которую мы видим по свинине, она практически в ноль растет, извините, практически не выросла в цене с начала года. Это все последствия роста предложений. Мы существенно увеличили производство в этом году всех видов мяса на 4,2%, свинины на 6%, говядины вообще на 8% и птицы на 2%. Интересно, что потребители сегодня уходят в более дорогие продукты. То есть, скажем, те, кто раньше ели только курицу, сегодня уже индейку, и свинину, те, кто ели свинину, уже и говядину едят.
В: То есть вы видите развитие тенденций роста? Мы просто много лет говорили о том, что как раз обратная тенденция была характерна, когда в силу стагнации доходов или их уменьшения на протяжении чуть ли не недели...
СЕРГЕЙ ЮШИН, РУКОВОДИТЕЛЬ НАЦИОНАЛЬНОЙ МЯСНОЙ АССОЦИАЦИИ: Совершенно верно.
В: Мы уходили как раз вниз.
СЕРГЕЙ ЮШИН, РУКОВОДИТЕЛЬ НАЦИОНАЛЬНОЙ МЯСНОЙ АССОЦИАЦИИ: Когда располагаемые доходы населения долгое время снижались, то была обратная тенденция. То есть мяса ели не меньше, даже больше, но структура потребления шла в сторону более дешевых видов. А сегодня мы видим, что эта тенденция развернулась и для мяса птицы, и для бройлера это большой удар, потому что, во-первых, импорт вырос почти на 40%. У нас сегодня разрешен льготный импорт мяса птицы, в частности, это было сделано, чтобы было более доступное сырье для мясокомбинатов. Но в результате отрасль может столкнуться с колоссальной проблемой, когда не только остановятся инвестиции в новое производство, но и невозможно будет реализовывать модернизационные проекты, они нужны сегодня, а кто-то и будет закрываться. Поэтому, конечно, радоваться тому, что цены на мясо не растут, я бы не стал, последствия будут как с яйцом. Сначала цены крайне низкие, а потом резкий-резкий всплеск. Этого бы не хотелось.
В: Не хотелось бы, разумеется. Сергей, а все-таки насколько отрасль зависима от классического банковского кредитования? Мы постоянно вспоминаем, когда говорим о возможной инвестиционной паузе, про структуру инвестиций частного бизнеса, где там по-прежнему под 60% это собственные средства, а банковское кредитование, именно чистое классическое на реальной ставке, оно занимает 15%.
В1: А когда разговариваешь с крупнейшими игроками индустрии, у них проблем с доступом к субсидируемым ставкам особо не было, и там ставки были 3-4%, фантастические по нынешним временам. А там вот сохранился ли этот доступ, либо портфель уже сжимается?
СЕРГЕЙ ЮШИН, РУКОВОДИТЕЛЬ НАЦИОНАЛЬНОЙ МЯСНОЙ АССОЦИАЦИИ: Нет, нет, конечно, этого даже близко нет. Компаниям приходится и занимать на финансовом рынке, вы знаете, что некоторые крупные компании выпускают облигации, в рамках своих планов, которые необходимо реализовывать приходится брать и под нельготируемую ставку, и это очень тяжело. Ну, а льготные кредиты, как я уже сказал, сегодня ставка там до 10%, но его еще надо получить, потому что денег на всех, разумеется, не хватает, и не только для больших, но и для маленьких, а развиваться надо всем. Поэтому, конечно, здесь государство должно очень внимательно подумать. Я вижу, что многие индустрии, многие направления требуют льготного кредитования, но мне кажется, надо выбирать приоритет, потому что именно продовольственная независимость во многом сегодня России позволяет принимать именно те решения, которые она принимает внешнеполитически. А вот без этой независимости она этого не сможет делать.
В: Конкуренция очень высокая, собственно говоря, засубсидированные кредиты.
В1: Мы ждем как раз бюджет. Валерий, а согласен с тем, что как раз может меняться как-то история распределения инвестиций, в смысле источников инвестиций, структуры инвестиций и так далее, что будет может быть сокращаться доля собственных средств в инвестировании, будет расти доля вот такой несубсидированных кредитов и так далее? Потому что чаще всего об этом говорят представители бизнеса, как правило, среднего и крупного, которые или уже действительно вымели все эти, извините за выражение, субсидированные кредиты, или у которых длинные большие проекты, которых просто инвестирование не остановишь, и вот поэтому приходится идти куда-то за дорогими деньгами. Будет усугубляться эта проблема?
ВАЛЕРИЙ ВАЙСБЕРГ, ДИРЕКТОР АНАЛИТИЧЕСКОГО ДЕПАРТАМЕНТА ИК «РЕГИОН»: Ну, если говорить о текущем уровне безрисковых ставок, все-таки ставка 19 или 20% годовых ключевая и ставки по депозитам 21 и выше, ставки по кредитованию соответствующие, конечно, они смещают горизонт долгосрочных целей на краткосрочные. То есть в принципе если действительно сейчас любой собственник может, забрав прибыль на 2-3 года положить деньги в банк безрисково под 20%, конечно он будет взвешивать, то есть количество проектов, которые проходят вот по этой ставке, которые остаются рентабельными интересами, в значительной степени сокращается. Конечно, есть опция, и мы видим, что средние компании выходят активно на IPO, но опять же мы понимаем, что требуемая доходность, требуемая доходность на капитал, прежде всего от этих компаний, она конечно существенно выросла, поэтому просто при таких высоких ставках сложно говорить о том, чтобы действительно интерес к инвестиционным именно механизмам, он расширялся.
В: Ну да, 32 триллиона рублей накопили вот по состоянию на конец августа на счетах юридические лица. И появляется 20-ая ставка по депозиту, ну что, вполне себе такая доходность.
В1: Инвест-идея номер один.
В: Слушай, по крайней мере это первая идея, я не знаю номер один или нет.
В1: Капвложений, депозитные капвложения.
В: Депозитное капвложения. Личные как-то нормы сбережения, трат и так далее, изменил глядя на ставку, глядя на инфляционную историю, но опять же на тот же самый банальный депозит, на облигации, может в облигации пошел, или нет.
АРТЁМ КУРЕЕВ, ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР ИА «АФРИКАНСКАЯ ИНИЦИАТИВА»: Я хочу напомнить, что у меня очень много друзей всегда инвестировало в российские, в акции российских компаний, а потом у нас несколько месяцев или полтора назад московскую биржу немножко отключили от запада, и произошло огромное падение активов, что-то процентов на 15 у тех, кто инвестировал как раз в продукты IPO и всего остального. Ну у меня своя собственная инвестиционная стратегия.
В: Которая не привязана к инфляции, но это хорошо.
АРТЁМ КУРЕЕВ, ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР ИА «АФРИКАНСКАЯ ИНИЦИАТИВА»: Но опять же, ничто в современном мире не может быть надежным и стабильным. Вот, пожалуйста, инвестиции, всех учили идти в инвестиции, учили идти думать, наверное, безусловно, в перспективе акции российских компаний подорожают, но месяц назад произошло огромное падение, связанное...
В: Артем Медведь.
АРТЁМ КУРЕЕВ, ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР ИА «АФРИКАНСКАЯ ИНИЦИАТИВА»: С Московской биржей.
В1: Артем Медведь.
В: Ну мы тоже, наверное, в завершении все-таки напомним, действительно, стабильности мало, в нестабильные времена очень легко, как стать неплохо.
АРТЁМ КУРЕЕВ, ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР ИА «АФРИКАНСКАЯ ИНИЦИАТИВА»: Предыдущая секция показала, вкладываться надо в себя и в здоровье, в первую очередь, это лучшая инвестиция, лучшее вложение.
В: Спорить не будем, да, делайте прививки, берегите себя и своих близких.
АРТЁМ КУРЕЕВ, ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР ИА «АФРИКАНСКАЯ ИНИЦИАТИВА»: Обязательно.
В: Коллеги, спасибо большое за этот разговор. У нас в студии был Артем Куреев, главный редактор инвестиционного агентства «Африканская инициатива», Артем, всегда рады видеть.
АРТЁМ КУРЕЕВ, ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР ИА «АФРИКАНСКАЯ ИНИЦИАТИВА»: Спасибо, друзья.
В: «День. Главное». Павел Демидович.
В1: И Кирилл Токарев.
